Ольга Водянкова скрасила досуг петербуржца, а затем скрасила его квартиру: пока хозяин был в бессознательном состоянии, дама с подельником вынесла 5 пар часов, 50 000 рублей, дедушкину медаль «За отвагу», телефон, колонку и очки. Часть вещей хозяин позже нашёл на улице в её рюкзаке и в подъезде — видимо, грабительский перфекционизм не входит в список услуг. Суд отправил Водянкову в СИЗО до 31 августа.
Алексей Пастовен встретил инспектора ДПС ударом ноги в пах. Прибывшие на вызов стражи порядка явно не ожидали такого тёплого приёма. Красногвардейский райсуд оценил гостеприимство в домашний арест до конца августа. Сам Пастовен просил запрет определённых действий — видимо, чтобы никто не запретил ему запрещать.
Давлат Катаргулов, лишённый прав в апреле, ночью сел за руль каршеринга «покататься по ночному городу», предварительно выпив две банки пива. В суде пообещал заключить контракт с ВС РФ и срочно оплатил штраф — прямо в день заседания. Суд дал 10 суток ареста. Фигурант остался недоволен: в отделении полиции ему было «плохо и неудобно». В каршеринге, видимо, удобнее.
Михаил Кошкин с 32-летним стажем вождения впервые попал в ДТП — пьяным сбил подростка на переходе и попытался скрыться. Очевидцы остановили. Приехавшие инспекторы обнаружили агрессивного водителя с запахом алкоголя, который пытался сбежать, разбивал ногами приборную панель и угрожал участникам. В суде Кошкин уверял, что был трезв, потерпевшего не видел и звука столкновения не слышал. Приморский райсуд дал 3 года условно и 2 года лишения прав. 500 000 компенсации, видимо, неплохо улучшают слух и зрение.
Сборщик-достройщик судового цеха Виктор Каргин подделал справку о сдаче крови, чтобы получить два оплаченных выходных и съездить на 90-летний юбилей матери. Василеостровский райсуд оценил сыновью любовь в 3 месяца ограничения свободы. Мама, надеемся, оценила.
Заместитель начальника полиции Центрального района Руслан Сентемов вытащил задержанного в наручниках из машины и нанёс множественные удары по лицу, ушам и головой в нос. Свою вину признал, но уточнил: в ту ночь он не был при исполнении — видимо, бил от души, а не по долгу службы. 100 000 компенсации, 3,5 года условно и запрет на госслужбу на 1 год 10 месяцев.
Восемь граждан решили наказать человека, которого ошибочно считали организатором наркопритона. Похитили, избили, возили с пакетом на голове, угрожали пневматическим пистолетом и стрясли 50 000 рублей. Красносельский райсуд раздал сроки от 3,5 до 5 лет строгого режима и взыскал 800 000 компенсации. Ложная информация о наркопритоне обошлась дороже настоящей.
Кирилл Чухлов, сотрудник автохозяйства СПбГУ, убедил подчинённого отдавать ему «необоснованно завышенные» премии якобы на закупку автозапчастей. Забрал 140 000 рублей. В суде заявил, что это был возврат долга. Петродворцовый райсуд не поверил: 2 года условно и полное возмещение ущерба. Научный подход к хищениям не зашёл.
Дмитрий Павлинов поджёг шаверму и пекарню после того, как владелец отказался кормить его бесплатно. Уничтожил два павильона и оборудование на 2 миллиона рублей. Невский райсуд, учтя рецидив, дал 1 год 10 месяцев строгого режима. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, а бесплатная шаверма — в приговоре.
Трое фигурантов — Саиян, Барсегян и Авоян — попытались провернуть незаконную сделку с янтарём на сумму свыше 1 миллиона рублей. Пушкинский райсуд признал их виновными в покушении на незаконный оборот полудрагоценных камней. Янтарь — не золото, но срок светит вполне золотой.
