Алко-дежурство: Канат Жолоев на рабочем месте в «Охране паркинга» поспорил с коллегой и уложил его девятью ударами — разрыв селезёнки, переломы рёбер, смерть на месте. Итог спора — СИЗО до 9 октября.
Въезд-невыезд: Али Саидзоде запретили въезд в Россию до 2031 года, но он сменил фамилию с Ходжаева, получил новые документы и спокойно въехал. Прокатило бы, если бы выезжать он не решил из Пулково — там и задержали. Арест до 10 октября.
Игорь Зайцев за полтора года перевёл в ФБК целых 3 500 рублей семью платежами. За такое финансирование экстремизма — СИЗО до 30 сентября. Вину признал, просил запрет действий. Бюджет, конечно, впечатляет.
Гендиректор ООО «НГТИИ» Александр Середкин решил, что 10% от контракта с «Газпромом» — справедливая цена за «дополнительные объёмы». Через фиктивные договоры вывели 195 млн, из которых 155 млн осели у Середкина. Итог: ему 5 лет строгого режима и конфискация 155 млн, сообщникам — от 3,5 лет до условных сроков. Откат откатился.
«Союзмультфильм» застал волка из «Жил-был пёс» на вывеске «Ростовской шаурмы». Владелец ИП Шевелев в суд не пришёл, но это не спасло: 113 тысяч рублей за право волка рекламировать шаурму.
Двое «сотрудников ФСБ» — Дэвид Обамби-Диона и Руслан Орлов — по телефону убедили пенсионерку 1936 года рождения отдать 500 000 рублей. ФСБ не оценила самозванство: оба под стражей до 10 октября.
Строитель Иван Гаврилов собрал с четырёх заказчиков 51,9 млн на дома, а потратил их на ночной клуб. Пытался закрывать старые долги новыми договорами — классика пирамиды. 4 года общего режима, а клуб так и не окупился.
Зумба как экстремальный спорт: на пятой минуте занятия Валерия Караман вывихнула надколенник. Тренер отказалась вызывать скорую, пока пострадавшая не подпишет отказ от претензий. Суд оценил такое гостеприимство в 150 тысяч морального вреда плюс расходы.
Гендиректор ООО «ЛС-Сервис» Олег Попов допустил рабочего к огневым работам без наряда-допуска и обучения. Взрыв бочки с ГСМ — и рабочий погиб в скорой. Попову 2 года условно. Охрана труда, оказывается, не для галочки.
Вдова военнослужащего добилась, чтобы 3 млн за ранение в СВО включили в наследственную массу. Госпиталь отказывал в справке, ссылаясь на «самовольное оставление», но суд обязал оформить документы. Право на выплату, как выяснилось, не умирает вместе с человеком.
